ЭКОНОМИЧЕСКАЯ БАЛЛАДА О ДЕНЕЖНОЙ РЕФОРМЕ 24 ИЮЛЯ 1993 ГОДА


Стоял июль. Уж на ветвях
плоды румянились земные,
рожь колосилась, и впотьмах
пел соловей в садах России.
Дождь утомленные леса
ласкал. Губительное жало
вонзала в бабочку оса,
но с каждым часом дорожала

жизнь, и любой крестьянин знал,
и знала каждая девица,
кто в эти годы обитал
под главной площадью столицы,
где раньше Ленин лишь имел
прописку, ныне злобный, скверный
дракон инфляции шипел
в своей обители пещерной.

Немало воинов ЦБ,
трехцветное сжимая знамя,
навек изнемогло в борьбе
с его змеиными зубами.
Вотще, вотще сей ратный труд!
Дракон, как прежде, пух от злости,
и только вороны клюют
их обесславленные кости.

А ночью, только лишь пробьет
двенадцать над Москвою древней,
приводят твари то завод,
то перспективную деревню.
Уволочет в подземный ад -
и только шлепанье по грязи,
да ясно слышно, как трещат
в ночи хозяйственные связи!

Один Геращенко (ура!)
не даст трехглавому прокорма,
над ним витает тень Петра
и призрак павловской реформы.
Не зря он Ельцину грозил!
Дрожи, Борис- и непреклонный
герой садится в черный "Зил"
сжимая меч заговоренный.

На площадь выезжает он -
а там народ - покорный, хмурый, -
и разевает пасть дракон
и с ликом ленинским купюры
летят - по двести, по пятьсот -
и дорожает хлеб и мясо,
и, словно на дрожжах, растет
в России денежная масса!

И гневно Виктор сжал копье!
Бьет тварь по морде ненасытной,
молотит по носу ее
во имя денежно-кредитной
политики, чтоб исключить
необеспеченные средства
из обращенья - и забыть
Гайдара жалкого наследство!

Восходит солнце над страной.
С каким великолепным хрустом
купюры топчет конь стальной,
а меч их в мелкую капусту
крошит! Тварь сдохла. Деньги - в прах.
Не нам учиться у Европы!
Пусть постоят в очередях
менять гроши свои, холопы.