|
С.К. Для чего радел, и о ком скорбел угловатый город - кирпичен, бел, черен, будто эскиз кубиста? Если лет на двадцать присниться вспять - там такие звезды взойдут опять над моей страной, среди тьмы и свиста. Там безглазый месяц в ночи течет, и летучим строчкам потерян счет и полна друзьями моя квартира. Льется спирт рекой, жаль, закуски нет, и красавец пригов во цвете лет произносит опус в защиту мира. Если явь одна, то родную речь не продать, не выпить, не сбросить с плеч - и корысти нет от пути земного, потому что время бежит в одном направлении, потому что дом развалившийся не отстроить снова. На прощанье крикнуть: я есть, я был. Я еще успею. Я вас любил. Обернуться, сумерки выбирая - где сердечник бродский, угрюмства друг, выпускал треску из холодных рук в океан морской без конца и края. И пускай прошел и монгол, и скиф духоту безмерных глубин морских - есть на свете бездны еще бездонней, но для Бога времени нет, и вновь будто зверь бездомный дрожит любовь, будто шар земной меж его ладоней. |